«Оранжевая корова». Мультсериал (0+)«Оранжевая корова». Мультсериал (0+)
0+
8:05
«Оранжевая корова». Мультсериал (0+)
«Magic English» (0+)«Magic English» (0+)
0+
10:00
«Magic English» (0+)
«Три кота». Мультсериал (0+)«Три кота». Мультсериал (0+)
0+
10:25
«Три кота». Мультсериал (0+)
Вот почему дети любят мультфильмы про животных и монстров

Как это ни странно для нас, взрослых, больше всего дети любят смотреть передачи и мультфильмы, в которых в качестве главных героев выступают животные, придуманные монстры или даже неодушевленные предметы, наделенные человеческими качествами. Почему же так происходит? Рассказывает психолог Анна Скавитина.

Анна Скавитина, психолог, аналитик, член IAAP (International Association of Analytical Psychology), супервизор РОАП и Института Юнга (г. Цюрих), эксперт журнала «Psychologies»
Анна Скавитина, психолог, аналитик, член IAAP (International Association of Analytical Psychology), супервизор РОАП и Института Юнга (г. Цюрих), эксперт журнала «Psychologies»

Играя, ребёнок легко идентифицирует себя с разными существами и персонажами. Дети живут в реальном мире, в котором они мало что могут контролировать — это прерогатива родителей. При этом, одномоментно, у них есть представление, что они абсолютно всемогущи, особенно в своих фантазиях, и обладают разными сверхспособностями, любыми желаемыми качествами и волшебными инструментами. Улететь на Марс сегодня? Запросто. Стать вожаком стаи рыб? Без проблем. Вот почему животные и зооморфные образы-монстрики, а также мягкие игрушки, лишь отдалённо напоминающие реальных зверей, так привлекательны для детей.

Образы животных на протяжении всей истории культуры играли важную роль в процессе самоидентификации человека. Зверь являлся тем «другим», по отношению к которому человек на ранних стадиях цивилизации определял границы человеческого. И до сих пор зооморфные образы остаются в массовой культуре. Это и игрушки, и герои мультфильмов, то есть те персонажи, с которыми ребенок может ассоциироваться или выбирать их как «другого» или «чужого».

В каждом возрасте есть свой символизм — система представлений и образов, в которых культура воспринимает и осмысливает жизненный путь человека. И отношения со зверями и зооморфными персонажами в каждом возрасте тоже свои. При этом, дети и подростки с этой тематикой связаны сильнее всех. Плюшевые зверюшки, зоомонстры — это настоящие маркеры детскости, несерьезности отношения к миру. Мы сами часто называем детей, да и близких людей «кошечка», «птичка», «рыбка», подчеркивая свою нежность. А еще любим наряжать их в костюмы зайчиков и лисичек. Кстати, вы наверняка замечали, что не только дети, но и взрослые иногда прогуливаются по городу в кигуруми-костюмах зверей, считая, что это мило и вызывает желание погладить их и защитить.

Сегодня много элементов детской культуры воспринимается обыденно в сознании взрослых людей. Мы тоже смотрим мультики, играем в компьютерные игры, умиляемся мягким игрушкам. А ведь детская культура связана с огромным количеством образов живой природы! Дети, особенно городские, перенесли буквальное общение с животными на символический уровень — игровой. Ребёнок, проходя в своём развитии весь путь человечества, начинает познание с природы, однако, он нарочно наделяет зверей антропоморфными чертами — очеловечивает, чтобы понять их поведение.

Взрослые специально делают игрушечных или мультипликационных животных не агрессивными. Нам кажется, что так мир покажется ребенку безопасным. Отсюда Крокодил Гена, наряженный в костюм и страдающий меланхолией, с его милым инфантильным Чебурашкой, или умилительные монстры из «Корпорации монстров». Умиление — это «социальное побуждение», оно вызывает родительские чувства. Конрад Лоренц, исследователь поведения животных, в своих работах отмечал, что младенцы не случайно обладают большими размерами головы по отношению к размерам туловища, огромными глазами и круглыми щёчками. Именно эти черты и используют в своей работе создатели мультфильмов и игрушек.

Важно, что в фильмах звери умеют разговаривать человеческим языком. Это делает мир более понятным и объяснимым для детей, помогает преодолевать разрыв между человеком и животными. Увы, в большинстве современных мультфильмов герои говорят на сленге и имеют такие же эмоциональные отношения, как и люди. Таким образом, дети, скорее, изучают взаимосвязь между людьми на примере животных, а не реальную жизнь хвостатых.

К сожалению, это ведет к тому, что ребенок отрывается от действительности все больше и часто приобретает стереотипичные и мультяшные, а не настоящие представления о мире. Для развития было бы полезно знакомить детей с животными в естественных условиях, и смотреть не мультики, а передачи об жизни зверей в природе, пусть даже специально озвученные от их имени, но создающие адекватные представления о животных.

Вопрос о том, почему дети так интересуются мультфильмами, где герои животные, я задала и другим детским психологам, представителям разных школ. Вот что они сказали:

Ирина Катин-Ярцева

Дети часто проигрывают важные для них вещи на зверях, машинах и так далее, дистанцируясь от людей, так безопаснее. И потом детский мир весь антропоморфен, это особенность мышления в примитивных культурах и в детском возрасте.

Татьяна Соболева

Мне кажется, люди и их социальные роли очень эмоционально нагружены, и основной смысл создателей мультфильмов может исказиться опытом сложных взаимоотношений с кем-нибудь. А животные или даже машины несут символическую нагрузку, но более простую для понимания. И, следовательно, вероятность попадания в цель такого образа выше, так как мишень четче очерчена.

Виктория Тумаш

Потому что зверушки и компания — это символические образы и метафоры. Они быстрее попадают в подсознание, правое полушарие, восприятие. Для мультипликаторов это, скорее, традиция. Человек всегда очень внимательно наблюдал за природой и учился у неё. Например, строить плотины и дома человека «научили» бобры. Кроме того, человек может быть любым, а вот лисичка — всегда хитрая, потому что «заметает следы», и это такой образ-штамп.

Вера Сиволоб

Герои-«не люди» — это интересно и разнообразно, и позволяет получить ребенку более богатый опыт «общения». Дети очеловечивают этих персонажей, это помогает им принимать и лучше понимать окружающих людей, как это ни странно звучит!

Анна Синицына

Спросила у ребёнка (6 лет). Он сказал: «Потому что машины и роботы самые быстрые и сильные, а я люблю самых-самых!» Я думаю, что эти персонажи более яркие, менее ограниченные, как боги. Они захватывают, перекликаясь с архаичностью детской психики. Им и снятся звери, сказочные герои чаще, чем люди. Они понятнее и ближе их внутреннему миру. В общем, потому что они самые-самые.

Зара Акопова

Известный психолог и арт-терапевт Татьяна Колошина нам рассказывала, что сказки про зверей — это даже более ранний пласт, чем волшебные сказки. В принципе, в основе любой волшебной сказки лежит путешествие героя, а сказки про животных ближе к бытовым. Наша медиа-культура смешала эти пласты и получились сказки про путешествие героя-животного.

Алена Михайлова

Между проживанием «здесь и сейчас» и возможностью выразить это словами всегда существует некий зазор… «Мысль изреченная есть ложь». Возможно, еще и поэтому ребенка «тянет» на метафоры, они дают возможность выразить иначе невыразимое. А еще этим персонажам больше позволено, крокодилу можно кусаться — он же крокодил, а не Паша или Маша.

Дарья Дмитриева

Возможно, потому что мир ребенка антропоморфен, и детям откликается идея того, что машинка или заяц могут быть не просто машиной или зверюшкой, а героями, наделенными человеческим сознанием и чувствами. Это поддерживает идею чуда, волшебства в обыденном мире — стоит внимательно присмотреться или проснуться в удачный момент, и можно увидеть этот потаенный мир, существующий рядом с привычной реальностью.

Вита Малыгина

Деревенские жители до сих пор верят, что у всех есть душа или дух: у дома, у леса, у печки. Они их одушевляют, ведут с ними беседы, стараются хорошо с ними обращаться, чтобы «не обижать». Так и дети. В этом смысле создатели мультфильмов идут за детской потребностью воображения видеть живое и человеческое во всем. Ну как дети говорят? «А велосипед не обидится, если я его оставлю у крыльца?», «А чашке больно, что она разбилась?»

Марина Ушакова

Магическое мышление у детей, когда Эго не сформировано, оно помещается в любой неодушевленный предмет, оживляя его, та же игра в куклы на этом стоит. И создатели мультфильмов, как и детские писатели, сохранили эту способность одушевлять неодушевленное, и этим они близки детям. Взять того же Чуковского, там монстры на каждом шагу, я, помню, что в детстве его обожала.

Лариса Козырь

Фантазирую про то, что есть несколько тому объяснений. Мультики, как и сказки, обращаются не к самой антропологии, а к тому, как зарождалась сама жизнь на планете: вода, растения, рыбы, земноводные, млекопитающих и пр. Про то, что психика каждого человека в своем развитии распаковывает этот опыт, принадлежащий всему живому. Люди живут на планете меньше всех, соответственно, опыт проживания других форм дольше, и словно в памяти и нашем общем бессознательном имеет большую силу. Поэтому и эксплуатировать такие образы: животных, рыб, растений через метафоры эффективнее, попадает в более древние слои психики. И безопаснее, с учетом проекции и диссоциации: как бы не про меня, моих близких и реальный мир, а немного про другое, а значит, нет опасности переживать что-то страшное, похожее на ситуации и отношения из ближайшего окружения ребенка. Так и машинки, самолетики — используются качества и свойства, которые ребенок легко проецирует в обе стороны и которые отражают его бессознательные энергии. А монстры — вообще лучшее попадание в тему страхов, божественного, экзистенциальной тревоги. Потому что такие образы так сильно заряжены бессознательным.

Читайте также:

Анна Скавитина: «Разрешать ли детям смотреть телевизор?»

Личный опыт: мой ребенок учится в Австрии

Фото: Africa Studio/Yuliya Evstratenko/Shutterstock.com

ЭКСПЕРТ:
Анна Скавитина
Психолог, аналитик, член IAAP (International Association of Analytical Psychology), супервизор РОАП и Института Юнга (г. Цюрих), эксперт журнала «Psychologies»
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: